«— Опять этот дождь, — вздохнул доктор Арден, вытирая капли со стекла старинного маяка. — Словно море решило напомнить о своём существовании, смоет всё, что мы так старательно раскопали. — Но что-то же осталось, профессор, — прошептала его ассистентка, Лина, её голос дрожал от смеси восторга и страха. — Вы же видели. Эта голограмма... Она не должна была сохраниться. И уж тем более — не должна была показать нам *его*.»

Продолжить →

Холодный вечер окутывал город, и я, профессор Аркадий Вересов, археолог с седыми висками и вечной пылью на пиджаке, заблудился в лабиринте старых улиц, которые, казалось, помнили каждый мой шаг. Вдруг, из полумрака открывшегося переулка, донеслось еле слышное тиканье. Я нашёл его – старинные напольные часы, покрытые патиной времени, с циферблатом, который, к моему изумлению, не просто остановился, а медленно, неумолимо полз назад, а стрелки не указывали на минуты, а словно вычерчивали обратный ход истории. Сквозь стекло, покрытое инеем, я увидел едва различимое отражение, в котором вместо моего привычного лица мелькало лицо молодого человека, а в руке он сжимал тот же ключ, который я только что нашёл в кармане своей пальто.

Продолжить →

Полуденный зной плавит воздух над старым маяком, где одинокий охотник, чьи руки пахнут порохом и землей, вскрывает очередной пакет с контрабандой, найденной в потайной нише. Среди мешков с редкими специями и свертками зачарованных тканей лежит нечто совершенно неожиданное – миниатюрная, искусно выполненная карта звездного неба, но звезды на ней расположены так, как их не видели на Земле никогда.

Продолжить →

Холодный ветер острова срывал с губ ученого последние слова недоумения, когда он прикоснулся к массивным бронзовым часам, стоявшим в центре пустынной лаборатории. Стрелки, покрытые инеем, неумолимо ползли вспять, отмеряя время до некоего рокового часа, а рядом, на полу, лежала его молодая ассистентка, её глаза были широко распахнуты, но совершенно пусты.

Продолжить →

Полдень на станции "Орбита-7" окутан нетипичным для космоса тусклым светом, пробивающимся сквозь иллюминаторы, словно сквозь мутное стекло. В сердце технического отсека, среди шипящих труб и мерцающих индикаторов, лежит труп профессора Иванова, а рядом, с янтарными глазами, полными нечитаемой печали, сидит его верный фамильяр – говорящий кот по кличке Астра. Кот, чей дар речи был засекречен на уровне галактического совета, не издает ни звука, лишь его хвост неторопливо бьет по полу, словно отсчитывая секунды до чего-то неотвратимого.

Продолжить →

На туманном рассвете, когда соль морского бриза ещё не выветрилась с промокших бревен причала, старый алхимик Элиас обнаружил в своей пробирке нечто, что заставило его сердце замереть. Это было не золото, не философский камень, а лишь крохотное, сияющее перо, переливающееся всеми цветами радуги, которое, как он вдруг вспомнил, принадлежало ему… в прошлой жизни.

Продолжить →

Полдень плавил воздух над потрескавшимися надгробиями старого кладбища, где время, казалось, остановилось вместе с пыльными стрелками циферблата на покосившейся часовне. Старик, чьи морщины напоминали узоры высохшей реки, сидел на холодном камне, протирая старинный бронзовый медальон. Он держал в руке два письма – одно, пожелтевшее от времени, с печатью забытого ордена, другое, новейшее, с адресом, который он не видел уже тридцать лет. И вот, в этот самый знойный полдень, ему предстояло выбрать, чьему зову последовать: прошлому, что звало из глубин забытья, или будущему, что маячило столь желанным, сколь и пугающим.

Продолжить →

Сумерки окрасили бескрайнюю пустыню в оттенки ржавчины и фиалки, когда журналист, отбившийся от группы, споткнулся о нечто твердое, едва не упав. Присмотревшись, он понял, что это обломок металлической конструкции, чужеродной и блестящей под последними лучами солнца. Но не это заставило его сердце замереть: на песке, справа от обломка, его собственная тень, будто отделённая от тела, медленно, но верно, поползла в сторону горизонта, словно живое существо, ведущее свою собственную, невидимую игру.

Продолжить →

Первые лучи рассвета пробивались сквозь туман, обволакивающий старое кладбище, словно саван. Маленькая Лиза, с косичками, спутавшимися от ночного ветра, бесстрашно бродила между покосившихся надгробий. Её внимание привлёк странный силуэт, отделившийся от массивной каменной плиты. Тень, неестественно вытянутая и угловатая, скользила по влажной траве, словно не принадлежавшее никому тело, двигаясь с пугающей самостоятельностью.

Продолжить →

Холодный вечер окутал старинный замок, заставляя тени танцевать в полумраке готической библиотеки. Призрачный свет свечей отражался в глазах художника, застывшего перед холстом, который он сам же и решил закончить. На полотне, помимо портрета загадочной дамы, было нечто ещё — небрежно написанная карта сокровищ, ведущая, судя по всему, в самое сердце замка. Художник усмехнулся: он знал, где найти потерянный бриллиант, но не понимал, зачем он понадобился владельцу замка, который, казалось, уже давно утратил интерес к своим богатствам.

Продолжить →