StoryChain

Егор вздрогнул, рука сама потянулась к старому, туго набитому патронами ружью, но пальцы замерли, едва коснувшись холодного металла; мелодия, до боли знакомая, проникала сквозь годы, сквозь бетон, и казалось, из приёмника вот-вот выйдет не просто звук, а ожившая тень его молодости.

Егор застыл, прислушиваясь, и сквозь гулкую тишину бункера ему послышался тихий скрип, словно кто-то осторожно ступал по коридору, ведущему от входа, и мелодия, ставшая вдруг зловещей, лишь подчеркивала нарастающее напряжение, заставляя сердце биться о рёбра, как пойманная птица.

Егор оттолкнул приёмник, его лицо исказилось от недоверия и смутной надежды; он знал, что это невозможно, но в этой мелодии, такой чистой и неподдельной, звучало что-то, что могло быть только от него, от друга, чью могилу он так и не нашёл.