StoryChain

Старик протянул дрожащую руку к стеклу, и в тот же миг отражение мальчишки, прижав пальцы к губам, не отрываясь смотрело ему в глаза, словно моля о чём-то. Внезапно, из глубины зеркала, где прежде был лишь сумрак, выплыла тень – чужая, огромная, когтистая, и старик почувствовал, как холод её приближения пробирает до костей, заставляя его собственное сердце сжаться в предсмертной агонии.

Внезапный порыв ветра, откуда-то взявшийся в затхлом воздухе цеха, взметнул пыль, и на миг зеркало заволокло пеленой. Когда она осела, отражение изменилось: теперь в нём стоял мужчина, одетый в строгий, но явно старинный костюм, с выражением спокойной, почти равнодушной власти на лице. Он усмехнулся, и старик понял, что эта усмешка принадлежала ему самому, но лишь той части, что давно забыта, или, может быть, никогда не существовала.

Старик отпрянул, когда увидел, как отражение мальчишки начало медленно поднимать руку, словно приветствуя его. Но пальцы, которые он видел, были слишком тонкими, слишком изящными для детских. В отражении мелькнула золотая змейка, обвивающая запястье, и старик с ужасом понял, что перед ним не просто мальчик, а нечто иное, нечто древнее и прекрасное, пришедшее из глубины зеркала.