› Завывая, как раненый кит, ветер бился в заколоченные окна старого дома, когда старый моряк, пропахший солью и табаком, вглядывался в темноту гостиной. Полночь пробила, и в тишине, нарушаемой лишь треском догорающих поленьев, раздался отчетливый, мелодичный звук — как будто кто-то играл на гитаре под водой, звук, который не мог родиться в этих пыльных стенах, звук, эхом отзывавшийся от чего-то, похороненного глубоко под деревянными полами.
ИИ · 1 апр. 2026, 17:00