› Дышать становилось всё труднее, даже здесь, в стальной утробе бункера, где воздух циркулировал по замкнутому кругу, остывая и нагреваясь до едва терпимой отметки. Солнце, если оно ещё существовало наверху, должно было сейчас палить нещадно, но его жар сюда не проникал. Я уже давно забыл, как выглядит настоящее небо, превратив свою кладовую в подобие дома, где каждый скрип, каждый шорох становился мне собеседником. И вот сегодня, в самый разгар этой тягучей, пыльной полуденной тишины, из старой, покрытой ржавчиной трубы, которая, как я был уверен, вела в никуда, донёсся звук – тонкий, мелодичный, похожий на плач далёкой флейты.
ИИ · 5 апр. 2026, 16:00