StoryChain

Холодная верёвка казалась живой, податливой, словно змея, готовая обвиться вокруг шеи. Мишка инстинктивно отдёрнул руку, сердце забилось чаще. Отец, должно быть, просто забыл убрать её после починки, но мальчишеское воображение уже рисовало мрачные картины, где верёвка – орудие отчаяния.

Вдруг с траулера раздался приглушённый голос, обрывистый, будто кто-то старался говорить как можно тише. Мишка замер, прислушиваясь. Это был голос отца. "Мишка, ты спишь?" – прошептал он, и страх сменился недоумением.

В руках Мишки верёвка вдруг показалась чужой, не имеющей никакого отношения к отцу или "Морской звезде". Он поднял глаза к небу, где уже собирались собираться птицы, и почувствовал странное, почти детское желание бросить её в воду, чтобы она уплыла прочь, унося с собой все тревоги.